Белорусская православная церковь проверила содержание популярной песни "Волшебный кролик" и не нашла в ней ничего предосудительного. Об этом сообщают "Белорусские новости".

С просьбой выразить свое отношение к этой песне, дабы "развеять либо утвердить страхи верующих", к БПЦ обратился некий Николай Горбачев. В своем письме он, в частности, заявляет следующее: "По разным данным, фраза "Etis Atis Animatis Etis Atis Animatis" переводится с латинского как… "Бледный ужас оживает, бледный ужас жаждет вас". Последняя, по утверждению некоторых источников…, является древней формулой вызова Сатаны". Беспокойство у Горбачева вызвала также фраза "Волшебный кролик рисует мелом нолик". В этом он увидел некую связь с ритуалом рисования магического круга, "который существует в оккультных церемониях".

Юный Сяо, один из лучших учеников, решил сделать сад камней дзен. Но, как он ни бился, ему никак не удавалось сделать так, чтобы пятнадцатый камень был незаметен с любого ракурса.
Подошёл Учитель:
- Проблемы? – спросил он.
- Никак не могу скрыть пятнадцатый камень, - пожаловался юный Сяо.
Учитель подумал и сказал:
- Да выкинь его вообще нахрен.
Юный Сяо ошалел от такого гениального решения Учителя и тут же обрёл просветление.

Российские космонавты возмущены недавним введением налога с оборота вокруг Земли.

Вандалы надругались над хулиганами!

Во время концерат летучая мышь откусила голову Аркадию Укупник.

Призывник три года скрывался от армии, служа на флоте.

Депутатам запретят убивать людей в общественных местах.

По длине носа можно судить о способности человека к самопожертвованию.

Под Семипалатинском взорвали Пятипалатинск

Пятеро заключенных сбежали из тюрьмы, воспользовавшись ногами.

Да-да, именно так её и окрестил любимец поликлиники, терапевт Олежек Б. Прозвище полностью заменило ей имя и фамилию. Редкий старожил теперь доподлинно их вспомнит и даже Владимир Карлович не зовёт Адскую Бабку иначе.
При её появлении охранник съёживался в кресле, прятался за колонной и начинал поэтажный обзвон: "Адская Бабка идёт!" Действия персонала напоминали в такие минуты какие-то превосходно отработанные учения. Сотрудники из слабонервных бежали друг к другу молниеносно брать больничные и справки, по чёрной лестнице сбегали в фойе или осуществляли вызовы к пациентам.

Попал я в больницу на операцию. Неважно, с чем, важно, что под общим наркозом. Открываю глаза и вижу, что с небес льется мягкий рассеянный свет и в лучах этого света уходят ввысь две огромные прекрасные фигуры во всем белом. Понимаю, что помер, попал в рай и вижу ангелов. Но мысль эта почему-то совсем не пугает, а, наоборот, приносит блаженство...

Дионисий вышел на палубу и ехидно помахал рукой несущемуся по небосклону Аполлону. Аполлон стиснул зубы, пригрозил родственнику ослепительно солнечным кулаком и помчался дальше. Дионисий снова вздохнул и благостно развалился на канатах. Любил он такие морские прогулки. Вроде бы, едешь по делам, потому что на каком-то из островов начали делать новое вино и надобно бы благословить производство. А с другой стороны, не нужно присутствовать на Олимпе и примирять вечно дерущихся сестер, успокаивать то отца, то мать после их очередной ссоры и с видом знатока оценивать новые пополнения великой заначки Аида. С коллекцией последнего могла бы, конечно, поспорить коллекция Посейдона, но заслуги морского бога в этом не было – просто на кораблях надо плавать трезвыми, иначе бутылки – это самое малое, что падет на дно. Зато в море тебя никто не трогает и лишь волны ласково баюкают корабль. Об отсутствии штормов в плавания Дионисия заботился сам Посейдон, почему-то выделявший именно этого своего племянника. Наверное, за аполитичность. Обычно ничто не омрачало путь божества виноделия. Рыбаки почтительно пропускали корабль, иногда предлагая рыбу или практически готовых к употреблению, повисевших на солнце кальмаров. В этот раз что-то пошло не так. Не иначе шустрый Гермес все же придумал очередную пакость?

Капитан, рослый эллин с Милоса, не зная с чего начать, мялся неподалеку.
- Э, Йорго, что случилось? – прищурил глаза Дионисий.
- Там… эти… пираты.
- Серьезно? – сонливость Дионисия молниеносно уступила место живому любопытству. Пираты на него еще ни разу не нападали. Отряхнув тунику, он вышел на мостик. Пираты нетерпеливо переминались с ноги на ногу на полуразваленной посудине, явно видавшей виды.
- И это – пираты? – разочарованно протянул Дионисий.
- Как видите, господин, - кивнул капитан.
Пираты недоуменно переглянулись и стали еще сильнее, чем раньше, хмурить брови. В совокупности с голодными глазами это производило воистину страшное впечатление...